Библиотека / Арсений Уральский. Московскому духовному совету и Освященному Собору боголюбивых епископов священноинока Арсения Швецова объяснение

Московскому духовному совету и Освященному Собору боголюбивых епископов священноинока Арсения Швецова объяснение

* Боголюбивому собранию вашему на прочитанный мне разбор моей брошюры под названием «Несправедливость в замечании... на первую главу книги "Истинность..."» объясняюсь в следующем.

* На 1-е, словами, что Сын Божий, хотя и прежде всех по тварям числимых веков, но все-таки и совокупно с веком «Божия днесь» родися, я показал ту вечность, которая имеет свое начало в самой безначальности Божией. И как Сын Божий по вине имеет Себе начало от Отца, хотя родился и не после Отца, так и присносущный божественный век получил себе начало от Сына, восходя до самого по времени безначального рождения Его. Сему встречается некоторое подобие от огня и света, ибо как зажигается огонь, так является от него и свет. Здесь не свет имеет начало огню, но огонь свету, хотя и совокупно огонь со светом. Основание же таковому понятию я нахожу в 1-й главе 2-й книги Иоанна Дамаскина и в Толковании 8-го стиха 2-го Слова на святую Пасху Григория Богослова в Большом Соборнике. И так сим выражением я не допускаю такого времени, когда не был рожден Сын Божий. А кто в предвечности допускает какое-либо время, когда Сын Божий не был рожденным, тот да будет проклят.

* На 2-е, выражением признавать рождение Сына Божия и исхождение Святого Духа с настатием веков, во главе которых стоит век "Божия днесь", равняющееся присносущным (Бр. 1, 9 обор.) я доказываю только неизменное свойство Божией вечности, и отрицаю всякое время, могущее предварить единосущие Святыя Троицы. А кто будет утверждать, что и прежде божественного века, сотворенного от Сына, было какое-то время, тот да будет проклят.

* На 3-е, в словах единице двинуться на двойственность и остановиться на троичности усматривается не только одно рождение Богом Отцом Сына и испущение Святого Духа, но с сим купно разумеется и то действие Его, чтобы безначальную сущность Свою и еще распространить на две ипостаси, и купно с Собою на трех ипостасях остановиться и дать начало Своей безначальной вечности. Здесь я никаковым сжиманием и расширением не измерял Отчей ипостаси, но только показывал виновное в ней начало для единосущного ей Сына и присносущного Святого Духа, и изъявлял присносущно творческую силу Святыя Троицы, от которой имеет свое начало присносущный век Ея. Но кто мудрствует, что во Отчей ипостаси было какое-то сжимание и расширение при рождении Сына и испущении Святого Духа, как некогда утверждали еретики стоики, указанные Афанасием Великим, тот да будет проклят.

* На 4-е, слова устав Белокриницкий во оном выражении, что Бог Отец в первом изречении "Да будут вецы" нетленно (Сына) родил, нисколько не противоречит исповеданию православного Символа, [гласящему]: "рожденнаго от Отца прежде всех век", - я говорил по таковому разуму, что сперва было Божие Слово, и по оному приввелись веки. Если бы не было Божия Слова, то не было бы и веков. Скажем примерно: если в каком темном месте нет огня, там нет и света, но как зажигается огонь, так купно является и свет. Однако же здесь справедливость требует сказать, что огонь есть прежде света, от него происходящего. И вот, как в начале света есть огонь, так и в начале оных веков было Божие Слово - Сын. И такое понятие вполне согласует евангелисту Иоанну, возгласившему: В начале бе Слово (1, 1). Но если согласует евангелисту, то, без всякого сомнения, не противоречит и православному Символу.

* Слова же блаженного Андрея хотя и критиковались преподобным Максимом Греком, но в его рассмотрении они были редакции более соблазнительной, нечем занесенные во устав Белокриницкий. Ибо, по выписке Павла Прусского, они гласят: ...яко прежде вецы невещественный предсташа, таже слово.... А по казанскому изданию книги Максима Грека: ...яко прежде певцы невеществении абие предсташа; таже слово... (часть 3, стр. 261). Но такового мудрования, что прежде рождения Сына-Слова Божия веки или певцы невещественнии предсташа, я не имею, и в Белокриницком уставе сего не усматриваю, но как не православное — отметаю. И кто будет утверждать, что было время, когда не был рожден Сын Божий, тот да будет проклят.

* На 5-е, словами рождение Сына Божия [от Отца]... прежде всех век означает только, что в начале всех век, какие бы века мы ни могли себе умопредставить, я не только что подвременности Сына не утверждаю, но паче еще и вконец сие отрицаю. Но кто напротив сего будет отрицать вечность Сына Божия и сводить ее под какое-то время, тот да будет проклят.

* На 6-е, в словах если замечатель находит богохульство и ересь в том, что с самым рождением Сына Божия открылась и творческая сила Его в привведении веков, и что Сын Божий вместе с веками родился, то и выходит, по его разуму, что Сын Божий родился прежде всех век, в какое-то время, Богом несотворенное. Но такое понятие не только что будет несогласно православному Символу, но и крайне нечестиво, так что нечестием своим превзойдет и самое арианство... — я не то выражал, аки бы исповедовать рождение Сына Божия прежде всех век есть нечестие, хуждъшее арианства, но порицал точию допущение времени, Богом несотворенного выше единосущия Святыя Троицы. Но если кто учит, что Сын Божий родился не прежде всех век, или что могло предварять единосущие Святыя Троицы какое-либо время, Богом несотворенное, тот да будет проклят.

* На 7-е, словами Белокриницкий устав в речении Бога Отца признает единосущное Ему Слово, имеющее творческую деятельность, даже и в самом рождении Оного. И если еще припомнить сказанное Словом - Сыном Божиим - чрез пророка: рече Господь ко мне: Сын Мой еси Ты, Аз днесь родих Тя Псалтырь 2,7, то нельзя отрицать, чтобы не было никакого речения у Бога Отца в рождении Сына, - я указывал на речение (или Слово) Божие не временное, но, как выражается Кирил Иеросалимский, вечное, безвременное (11 Оглашение]) или, как говорит блаженный Августин: Ты (Господи) призываешь нас к уразумению Того неизреченного Слова Твоего, Которое искони обитает в Тебе Боге и само есть Бог [Иоан. 1,1], Тобою от вечности изрекаемое, Имже и все от вечности изрекается. <...> Все изрекаешь в один и вечный момент (11 книга Исповеди, гл.7). Выше сего одного вечного момента, в которое изрекается Слово Божие, не в чем уже содержатся каковому-либо времени. И по сему я ни под каковое время не свожу первое речение Божие. Но кто будет определять временем безвременное первовечное речение Божие, тот да будет проклят.

* На 8-е, в словах: ...не вполне ясные изречения о богословии я находил и у древних отцов и, во-первых, я указал на Тертуллиана, который говорит: «Слово [предвечно] было в Боге и Он родил Его [аd extra], когда чрез Него сотворил мир. Хотя Слово от вечности было во Отце, но рождено Отцем». Итак, указанное изречение Тертуллиана, хотя и не вполне ясно, но все-таки прямо противоречит арианству и свободно соглашается со исповеданием веры Первого Вселенского Собора». Я во «Истинности...» слова Тертуллиана взял не от самого Тертуллиана (ибо в то время я не имел под руками книг Тертуллиана), но от «Истории...» Владимира Гетте, где оные не были оговорены, что противны православному Символу, а как я там говорил против г. Субботина, то почему и почел, что г. Субботин не имел права отвергать это изречение Тертуллиана, как не оговоренное в неправославии цензурой их церкви. А в тетради за Тертуллиана я высказал только о том, каким образом оное может соглашаться православному Символу. Но если, по вашему указанию, Тертуллиан в этом слове признавал Бога Вседержителя, имеющего какую-то духовную плоть, то я такового мудрования не имею и в этом защищать его не буду, и прошу от вашего Освященного Собора прощения в том, что я неосмотрительно на него сослался во :«Истинности...».

* На 9-е, в словах но что не один только Тертуллиан говорил о Боге, по-видимому, неясно, но что и другие великие отцы, блаженною кончиною своею православие запечатлевшие, а именно же муж апостольский Татиан и святый Феофил, архиепископ Антиохийский, бывшие во втором веке, — я ошибочно сказал о Татиане, что он блаженною кончиною запечатлел православие, и покорнейше прошу Освященный Собор и в этом простить меня, грешника.

* Выражение же Белокриницкого устава, что Бог до сотворения дел Своих бе в молчании, сказано не для показания какового-либо времени ни, в которое бы Бог находился без всякого действия молчащим. Ибо таковую мысль отрицает сам писатель того Устава, говоря тако: достоит убо разумевати, яко Бог сый Свет Истинный, искони совершен и непременен есть. Но, если бы Бог находился какое-либо время без всякого действия молчащим, а потом стал бы говорить и делать, тогда нельзя бы было называть Его «непременен». Но если пременение в Боге писателем Устава отречено, то и показывается ясно, что выражение его точию до сотворения дел своих бе в молчании, — сказано не о времени, а только относительно того единого начала, которое, никакия вины над Собою не имея, виновно же есть Сыну по отрождению, и Святому Духу по испущению, а всему прочему по творению. Но относительно наименования Бога иногда и святыми богословами высказываются слова как бы вопреки всеобдержно усвоенным о Боге истинам. Так, святый Иоанн Дамаскин называет Бога тьмою за его непостижимость (Кн. 1, гл. 4)32. А святый Григорий Богослов называет несобезночальными Отцу Сына и Святого Духа относительно виновного начала Их (часть 3, стр. 55)33. Но мы в Символе веры исповедуем Бога Светом Истинным, однако же не судим и святого Иоанна Дамаскина как еретика за относительное наименование Бога тьмою. Мы слышим, что святая Церковь славословит собезначальное Слово Отцу и Духови. Но с сим купно не отвергаем и богословии Григория Богослова, нарицающей несобезначальными Отцу Сына и Святого Духа по их виновности. Но если кто будет утверждать, что было каковое-либо время, когда Бог был без всякого действия молчащим, то сицевое мудрование, как неправославное, я отвергаю и проклинаю.

* Итак, на все замечания вашего Освященного Собора сделав согласно данному вам от меня исповеданию веры чистосердечное объяснение, всепокорнейше прошу ваш Освященный Собор милостиво простить меня за открывшиеся мои ошибки. А если и еще в чем сие объяснение мое окажется несогласным данному вам моему исповеданию, в том прошу отечески вразумить меня.

При чем и остаюсь нижайший проситель ваш грешный
священноинок Арсений Швецов.

28 октября 1888 года.

Источник: Арсений (Швецов) епископ Уральский и Оренбургский. Собрание сочинений. Т.1. Сочинения апологетические 1872-1900гг.. — Москва; Ржев: Маргарит, 2008. С.376.